Любовь и поколение Бэтмена

21 октября, 16:43 Анна Мещерская Прочитали 279 раз
Фото: Анна МЕЩЕРСКАЯ
О чем думает учитель, который полвека проработал в школе?

Школьный порог Любовь Николаевна Степина впервые переступила в 1970 году. Молодой учительнице не было еще и двадцати лет. В руках – диплом и билет «на край географии» в виде направления от облоно, а еще безумное желание работать. Добраться до деревни Николаевки Токаревского района, куда распределили начинающего педагога, тогда можно было только по воздуху.

Самолет приземлился за несколько километров до Николаевки. Кругом – чистое поле. До школы еще предстояло как-то добраться…

Часть первая. Учительница

Той самой Николаевки нет уже даже на карте. Несколько лет назад, правда, бывшие жители деревни списались в соцсетях и решили установить памятник. Просто посреди поля.

Любовь Николаевна ведет по дороге, попутно объясняя: вот здесь дом стоял, здесь был сад, а вон там школа.

- Высадили меня с самолета. Вышла на дорогу – поля кругом. Приютила какая-то женщина, чаем напоила. Говорит, сейчас выйдем на дорогу и будем машину искать. Нашли грузовик, он свеклу перевозил. Едем. Вдруг водитель рукой показывает. Гляжу: а село на ладошке уместится. Маленькое такое. Школа была малокомплектная. В начальных классах всего два учителя: я и Михаил Иванович…

Молодой учительнице отрядили второй класс, самый, по меркам школы, многочисленный. Целых одиннадцать человек! Зашла Любовь Николаевна в школу и первым делом взялась за тряпку. Конец августа, как-никак, нужно подготовить классы. Благо их было всего два: в одном Любовь Николаевна со своими второклассниками, в другом – Михаил Иванович с оставшейся «сборной».

- То первое сентября я до сих пор в деталях помню. Ребятишки такие красивые, нарядные, с бантиками. Первый урок. А у меня сердце бешено колотится, ничего не вижу перед собой. Когда успокоилась, то уже стала глазки детские замечать. Смотрят на меня со страшным любопытством. Новый человек в село приехал. Это был мой первый класс. Помню, однажды на свеклу солдат привезли. А меня мои сорванцы в кабинете заперли. Боялись, что замуж выйду и уеду от них.

Замуж Любовь Николаевна все-таки вышла. Только не за солдата, а за шофера.

- История, как в кинофильме «Весна на Заречной улице"? – уточняю.

- Ну, почти, - смеется педагог.

Часть вторая. Печки, лавочки

Детей становилось меньше. Руководство решило, что два педагога для такой малокомплектной школы – непозволительная роскошь. Решили оставить одного. Между опытом и молодостью выбор сделали в пользу последнего. Только молодые кадры решили иначе.

- Михаил Иванович был пенсионером. Куда он пойдет? Ему работать нужно. Попросила найти мне другое место. Сначала меня в Калиновку отправили в качестве пионервожатой, а потом эту ставку сократили. А я попала в село Полетаево. Да так здесь и осталась.

А в Полетаево ждала совсем другая картина. Деревянное одноэтажное здание, печное отопление, тусклые лампы в кабинетах, уроки в две смены. Едва ли не половина учеников жила в десяти километрах от школы. Об автобусах тогда даже и не мечтали. До школы – пешком. Если кто-то подбросит на лошади, считай, повезло…

Новую школу открыли только в 74-м. После старых холодных стен она казалась настоящим дворцом. Свой спортзал, мастерские, столовая, туалетные комнаты…

Любовь Николаевна вздыхает: в таких условиях – работай не хочу. Еще пять лет назад зарекалась:  вот доработаю и уйду, а уйти не может, точнее, не хочет. Как жить без школы и учеников? Только последних все меньше остается. В этом году и вовсе меньше сорока. А ведь было время, когда… Любовь Николаевна достает школьный альбом – в архивах хранится. Издалека на фолиант похож. Впрочем, историй в нем не меньше, чем в каком-нибудь историческом справочнике. Только там больше о  глобальном, а здесь - про жизнь.

- А Вы кем-то, кроме учителя, себя видели?

- Нет. Для меня, кроме педагогики, не существовало иного пути. После восьмого класса поехала поступать в Педучилище имени Ушинского, а подружки отговаривать стали. Как ты, мол, там одна будешь. Я и решила документы забрать. Приезжаю и вижу свое имя в списках поступивших. И так обидно стало, что сейчас сдамся и заберу документы. Я решила остаться.

Любовь Степина ведет школьными коридорами.

- А вот мой родной двадцать девятый кабинет. Кабинет русского языка и литературы, а с недавних пор, как часов не стало хватать, еще и истории. Я сначала пионервожатой работала, затем учителем начальных классов, а когда окончила Пединститут – мне дали класс и вот этот кабинет.

Ученики Любови Николаевны как-то решили посчитать, сколько же тетрадей она проверила за свою полувековую педагогическую работу. Сами же ответили: много. Да так много, что ими можно выложить путь до Москвы и обратно. Правда?

Педагог только плечами пожимает:

- Наверное.

Часть третья. Педагогика

- Каждый день почти полвека входите в один и тот же класс, - спрашиваю.-  Эмоции всегда одни и те же?

- Новые. И каждый раз, представьте себе, волнуюсь. Но стоит сказать: «Здравствуйте, ребята! Садитесь», начинаю успокаиваться, и все будто с чистого листа.

-  У детей учитесь?

- Обязательно. А как у современных детей не учиться? Они умнее нас. Вот случается у меня, к примеру, с телефоном какая-то проблема, спрашиваю у ребят, как быть. Они всегда помогают.

Но дети «умнее» не только по технической части. Так уж вышло, что Любовь Николаевна просто верит в них. Без оговорок и условностей.

- Говорят, дети сейчас не те…

- Ой, а нам тоже так говорили. Мы разве были «те»? Еще мама моя говорила: «Вот ты с уроков сбегаешь, учиться не хочешь, а в наше время…»

От удивления забываю вопрос.

- Вы с уроков сбегали? – спрашиваю, а сама не верю предстоящему ответу. Ну не похожа Любовь Николаевна на прогульщицу, как ни крути.

- Конечно, сбегала. Только не потому, что не хотела учиться. Все ушли, и я ушла. Как же я в классе одна останусь? Иду и знаю: дома от мамы попадет. Удивительно только то, что я ни разу за свою полувековую жизнь в педагогике не приходила  в пустой класс.

- Правда ли, что современные дети не разговаривают?

- Правда. Разговаривать они, действительно, стали меньше. Много сокращают, меньше читают. Предпочитают почему-то больше детективы, классику реже спрашивают. То ли потому что им требуется легкое чтиво, то ли потому что над классикой думать надо. Но мы ищем пути. Устраиваем литературные гостиные, ставим мини-спектакли. Здесь важен антураж. Сдвигаю столы, приношу из дома шторы, скатерти, расставляю свечи. Глядишь, дети подтягиваются. Приду в библиотеку, а мне говорят: «Ваши за Есениным приходили. Что у Вас такого интересного было?».

- Дети меняются?

-  Меняются. Как бы ни ругали нынешнюю молодежь, она более приспособлена к жизни, она больше знает, более коммуникабельная. Только в последнее время эта коммуникабельность куда-то уходит. Да и как ей не меняться? Время сейчас другое, поэтому дети не могут быть такими, какими были мы. С ними работать интересно. Они же все иначе воспринимают: Ломоносова, Пушкина, Чехова. Вот проходим мы «Грозу». У нас как было в школьной программе? Луч света в темном царстве, Катерина – пример для подражания и так далее. Мне ученик выдает сочинение, в котором по полочкам раскладывает, что Катерина – порочная женщина. Муж только за порог, а она бежит на свидание. Это его видение. Перечитала сочинение и думаю: Тихон, безусловно, не идеал, но ведь Катерина – замужняя женщина, купеческая дочка… На уроке спорили долго, доказывали друг другу точку зрения, приводили аргументы. Вот вам и молодое поколение! Говорили много об образе Татьяны, о нравах. Думаете, они со всем соглашаются? Нет, конечно. И я часто им говорю: «Мы живем  не  видеальном мире, но вы  - будущее нашей страны. Я люблю свою Родину и хочу, чтобы вы выросли настоящими патриотами. Не говорите мне, что у нас все плохо. Каждый из вас может сделать жизнь других лучше». 

Часть четвертая. Технологии

- Сегодня учитель стал мобильнее – это вызов времени или нужно быть ближе к детям?

- Сложно сказать. В последнее десятилетие много что поменялось. Информационные технологии стали значительной частью нашей жизни, в том числе и в вопросах общения с детьми. Вот выложил, к примеру, ребенок в социальной сети «не те» фотографии, и я понимаю: с ним что-то происходит. Начинаю спрашивать, как дела, что случилось. Детям поддержка нужна, важно не чувствовать себя одинокими. Мы привыкли думать, что проблемы – тема взрослых. А ведь у детей иногда дома такое происходит, что не каждый взрослый выдержит.

- Опять же спрошу про технологии: они помогают Вам или отнимают время?

- Помогают, конечно. Мы раньше о таком количестве книг и справочных материалов даже думать не могли. А сейчас скачал – и все под рукой. Планы опять же от руки писать не нужно. Время меняется, и если жизнь предлагает нам что-то новое, то этим нужно пользоваться во благо.

Часть пятая. Педагогическая миссия

- Вопрос о педагогической миссии. На Ваш взгляд, роль учителя в жизни детей изменилась? Или за полвека она осталась прежней?

Любовь Николаевна теребит ручку и на несколько секунд замолкает.

- Наверное, все-таки поменялась. Сейчас у детей возможностей больше. Больше источников информации. Раньше учитель был едва ли не единственным грамотным человеком на селе. Потом его стало теснить телевидение. Сейчас Интернет. Тем не менее учитель всегда остается учителем, даже вне работы. Он должен одеваться как учитель, говорить как учитель. Мы живем как под стеклянным колпаком. Наше поведение всегда должно соответствовать званию педагога. Если тебя обидели, ты не можешь ответить бранью или еще как-то, потому что ты – учитель. Какой тогда пример ты подашь детям? И я, что бы ни происходило, всегда держу в голове одно: я педагог.

- А учителю нужен психолог?

- Да! И детям, и учителям. Но нам в какой-то степени проще, ибо порой психолог – это коллектив. Это большая удача, если сложился хороший педагогический коллектив. И мне в этом плане повезло, меня всегда окружали хорошие люди.

О хороших людях мы говорим долго, еще о литературе, о детях, снова о литературе и снова о детях. Если вам скажут, что учитель ни разу за вечер не сказал о школе, – не верьте. Безбожно врут. Любовь Николаевна смеется, говорит, однажды с коллегами  поспорили, чтобы целый вечер не говорить о работе. Кто скажет – с того сто рублей. Думаете, выдержали? Нет, конечно. Дети – это святое…

- А что Вы ждете от урока?

- Хотя бы один человек в классе выучил и написал без ошибок – уже радость. Понимаете, ребенок мыслит по-другому. Я никогда не говорила: «Я права, и точка». Всегда предлагаю ученикам аргументировать свою позицию. Я же тоже могу быть не права. Если так – извиняюсь. В этом нет ничего страшного.

-Делите класс на двоечников, хорошистов и отличников?

- Не делю. В жизни бывает всякое. Иногда отличник, с которым десять лет вся школа нянчилась, даже в сторону учителей не смотрит. А бывает, что двоечник по двадцать раз за день поздоровается, никогда в помощи не откажет. Ведь вот какая штука: двоечник – это не профессия. Он, возможно, больше трудился, чем отличник. Ведь последний послушал меня, и все у него по полочкам в голове разложилось. Не всем даны такие таланты. А другой сидит, мучается, читает книжку и ничего понять не может. Да и что их делить? Дети, они всегда дети.

- Но ведь говорят, что двойку учитель ставит себе, а не ученику?

- Почему я себе двойку ставлю? Я готовилась к уроку, все рассказала, душу вложила. Иногда идешь со школы, а чувство, будто уголь разгружала. А ребенок взял и не выучил уроки. И опять же нужно знать причину. Если он проиграл весь вечер и даже не вспомнил об учебниках – это одна ситуация, а если у него дома беда какая-то произошла - уже другая. Поэтому ребятам всегда говорю: «Подойдите до урока и скажите, что не выучили. Я всегда пойму и спрашивать не стану». Дети должны доверять учителю. Их ни в коем случае нельзя предавать. Один раз предашь – больше никогда не поверят. Они же все друг другу рассказывают, одно поколение – другому. Вот и получается, что у разных учителей дети ведут себя по-разному. Бывали случаи, когда я не успевала приготовиться к урокам. Приходила в класс и честно детям говорила: «Приехала из командировки поздно, не успела. Давайте в теме разбираться вместе».

Часть шестая. Любовь к истории

Три года назад в Полетаевской школе ребята решили создать поисковый отряд. Вышло все случайно. Есть на местном кладбище необычный мемориал – могила летчиков, погибших в ноябре 41-го года неподалеку от здешних мест. Однажды кто-то из ребят спросил: почему на Пасху только на эту могилу цветы не принесли?

Любовь Николаевна объяснила. А когда из соседней школы приехал поисковый отряд, дети загорелись идеей не просто создать свое поисковое движение, а найти родственников погибших летчиков.

- Экипаж возвращался в аэропорт. Забарахлил мотор. Вызвали механика, он починил, самолет смог подняться в воздух, но через несколько секунд рухнул на землю. Погибли все. Самому старшему члену команды было всего лишь двадцать пять лет. Любопытная деталь: практически у всех членов экипажа были «птичьи» фамилии: Соколов, Воронов, Ушаков, Журавлев и Куликов. Мы не нашли родственников только одного летчика. Он из Ивановской области, связались с местным поисковым отрядом, сейчас работаем совместно. Когда мы звоним родственникам и сообщаем такую весть, на другом конце провода столько эмоций, что словами не передать! Теперь к нам односельчане обращаются за помощью: сколько еще солдат с полей сражений не вернулось.

-  Это нужно в первую очередь детям?

- Конечно. Это все для них, чтобы они знали! Однажды у нас вышла вот такая история. Говорю детям: «Представьте, что я иностранный корреспондент. Приехала в Россию, чтобы написать статью о Великой Отечественной войне. И вот не захотелось мне в Москве работать. Ткнула пальцем на карту России и оказалась в вашей школе. Прихожу в среднестатистический девятый класс и начинаю спрашивать о войне». Смотрю, дети глазки опустили. А я продолжаю: «Вот нам часто бросают, что мы оккупанты, зря фашизм победили». У детей спрашиваю: «Это так? Действительно, зря? Вы же мне ничего в противовес сказать не можете. Вот теперь докажите мне, иностранному журналисту, что ваши деды не оккупанты, что они не зря проливали свою кровь». Знаете, с какими глазами дети потом на Уроки мужества приходят? Их слова совсем по-другому звучат, потому что они знают правду.

Часть завершающая. О планах

Любовь Николаевна ищет суть. Во всем. Особенно в истории.  Силами местных жителей на месте разрушенного храма установили крест. Случайно обрели мечту. Узнали из архива, что когда-то в полетаевском храме была местночтимая икона Божьей Матери (Вышенская). Когда храм разрушали, икона исчезла. Любовь Николаевна вместе с соратниками в это верит с трудом, возможно, кто-то сумел ее сохранить и ее удастся вновь вернуть в храм.

Еще в планах – большая исследовательская работа по истории села.

- Без чего не можете представить свою жизнь? 

Любовь Николаевна даже не задумывается над ответом: без семьи – любящие дети и внуки, верные друзья – и без родной школы.

- Мне предлагали бросить школу. Но я как представила, что утром не пойду на работу… Мне Господь дал любовь всей жизни, поэтому я на пенсию не ухожу. Я просто не знаю, как жить, если каждое утро не приходить в класс и не видеть глаза ребят.

  • Вконтакте
  • Фейсбук
  • Одноклассники
  • Твиттер
Популярное
Самое читаемое обсуждаемое
Вконтакте