Газета №5 (873), 29 января 2013
Перейти к номеру

Культурный слой

29 января 2013, 15:55 Прочитали 1 708 раз
В преддверии объявленного на Тамбовщине Года культуры неплохо бы вспомнить о том, каким был наш край в достаточно далеком прошлом
Итак, каким же он был? Мы сейчас, конечно, говорим, прежде всего, о культурной составляющей жизни обитателей здешних мест. Безусловно, в газетной публикации затронуть все стороны этой составляющей достаточно сложно. Тем более, что и понятие культуры слишком велико и разнообразно, чтобы даже самый большой знаток темы смог охватить все. Тем не менее, попробуем сделать это хотя бы в общих чертах.

Зачем? В рамках объявленного областным руководством Года культуры предстоит сделать многое для развития культурной отрасли региона. Поэтому сам собой возникает вопрос: есть ли нам что развивать? Какое культурное наследие оставили современным тамбовчанам их предки? По большому счету, только поняв это, возможно добиться успеха.

И начать, на наш взгляд, необходимо примерно с конца семнадцатого века - если мы ведем речь о крае с уже существующим городом Тамбовом как территориальной единицей.

Православная основа

Огромное значение для развития Тамбова не просто как культурного или какого-нибудь другого города, а как населенного пункта вообще имела деятельность тамбовского епископа Питирима. Почему? Вспомним о том, зачем Тамбов был построен - как крепость для защиты от вражеских набегов. Через какое-то время необходимость в этом просто отпала - за счет того, что границы раздвинулись, и угрозы внутренним областям Московского государства от внезапного появления полукочевых племен уже не было. Результат - городам, подобным Тамбову, в самой недалекой перспективе грозило постепенное запустение. Как торговый или дорожно-транспортный узел никаких перспектив в тот период город не представлял. Большого наплыва русского населения в эти места не было. Расположены они были не очень удачно - и не в центре, и не на окраине. Все, что ждало крепость, - это исчезновение.

Но исчезновения не случилось. И связано это с тем, что благодаря трудам святителя Питирима в городе была создана определенная обстановка. Выражаясь высокопарно, был заложен фундамент православной культуры на тамбовской земле. Как итог - внутреннее единение людей, позволившее им ощутить себя общностью, живущей именно на этой, тамбовской, земле. Собственно, иначе и быть не могло у руководителя епархии, который лично таскал булыжники для постройки кафедрального собора и пешком ходил за город для проповеди среди разбойников. Непрерывная подвижническая деятельность позволила создать основы, благодаря которым город не исчез с лица земли. Наоборот - развивался и креп.

В то же время ситуация, когда вплоть до восемнадцатого века наш край считался на военном положении, отразилась на устном народном творчестве, которое передавало ощущение неспокойной жизни тех лет, а отсюда - и отпечаток на состоянии культуры и развитии письменной литературы. По сути, известен один исторический литературный памятник начала восемнадцатого века. Это "Тамбовский летописец", на основе которого создан список "Известие о начале города Тамбова и происходивших в нем достопамятных вещах и об архиереях, обретающихся в нем".

Поэт Державин нас заметил?

Первой значительной вехой в становлении и развитии современных культурных традиций на тамбовской земле принято считать три неполных года, когда Гаврила Державин в конце восемнадцатого столетия был тамбовским наместником. Хотя в действительности еще просветительские реформы Петра I оказали свое влияние на развитие культуры и духовной жизни Тамбовщины. У нас еще и до Державина появляются местные писатели. В их числе - офицер инвалидной команды, написавший популярные тогда мемуары. Интересная деталь: фамилия этого офицера - Ломоносов. Родственник Михайлы Васильевича или нет, не знаю, но просто примечательный факт.

Перечислять все, что сделал Державин для развития культурной жизни нашего края, здесь, наверное, смысла нет. Об этом написано и сказано предостаточно. В качестве дополнения к часто упоминаемым его заслугам хотелось бы сказать о том, что его деятельность способствовала выдвижению ряда тамбовчан своего времени. Например, Державин помог развиться таланту козловского однодворца Захарьина. На торжественном открытии Главного народного училища в Тамбове 22 сентября 1786 года тот произнес речь, в которой с большим пафосом говорил о стремлении народа к просвещению и знанию. Речь напечатали в ряде столичных журналов и даже в заграничных изданиях, она произвела огромное впечатление на читателей. В результате Захарьин стал профессиональным писателем, издал роман "Арфаксад, халдейская повесть", которым зачитывались современники, и ряд других произведений.

С Тамбовщиной связано имя журналиста, издателя, переводчика и пропагандиста произведений Вольтера в России И.Г. Рахманинова - опять небезызвестная для нашего края фамилия. В 1791 году в своем родовом имении в селе Старая Казинка Козловского уезда он оборудовал одну из первых в России сельских типографий. Рахманинов поставил перед собой задачу издать полное собрание сочинений Вольтера в двадцати томах в собственном переводе, чтобы "моему отечеству трудами моими, по возможности, доставить полезные книги". Удалось отпечатать четыре тома, каждый из которых имел тираж в шестьсот экземпляров. Но в 1794 году козловский городничий послал донос губернатору о деятельности незарегистрированной сельской типографии. Одновременно с этим о выпуске запрещенных книг Вольтера узнала Екатерина II. Она приказала провести в Старой Казинке розыск. Через три года типография вместе с книжным складом сгорела, а расследование было прекращено.

С 1788 года в Тамбове стала действовать переведенная из Нижнего Ломова в новое здание на берегу Цны духовная семинария. Для подготовки детей священнослужителей к поступлению в семинарию было открыто духовное училище.

От городка карточного к городу театральному и институтскому

Еще одна интересная деталь: во времена, о которых мы говорим, из Москвы в Тамбов шли обозы с тюками игральных карточных колод. Ничего удивительного - картежная игра была любимым развлечением тамбовских дворян.

Тем не менее, с середины десятых годов девятнадцатого столетия в городе начинаются культурные усовершенствования. В 1815 году помещик Маслов положил начало городскому театру. Труппа была набрана приезжим актером Бобровским из местных жителей. Самое помещение для спектаклей состояло из деревянного балагана, выстроенного на площади против присутственных мест. Цены на места были от четырех рублей до одного. Вопреки ожиданиям, губернская публика отнеслась к этому нововведению с сочувствием.

А 5 февраля 1834 года при содействии тамбовского губернатора Гамалея было решено приступить к постройке женского Александринского института. Деньги на это дело обязались собрать местные дворяне - по двадцати копеек с каждой крестьянской души. В то время всех крепостных крестьян у нас было 377915 душ, так что в самом начале была собрана приличная сумма.

Культура внешняя

Является ли признаком культуры внешнее благоустройство города? Конечно, да. Не случайно все тот же тамбовский губернатор Гамалей уделял этому благоустройству самое серьезное внимание. Именно в те же годы, когда в Тамбове были заложены женский институт и здание дворянского собрания, началось мощение главных городских улиц, был построен мост около Девичьего монастыря, отделан заново Никольский мост. Была произведена первая нивелировка города и углублены канавки для более удобного стока воды. На главных улицах Тамбова и около присутственных мест появились фонари, при въездах в город были отремонтированы и украшены гербами заставы. Все в те же гамалеевские времена был опробован был первый опыт выставки произведений Тамбовской губернии.

За строкой документа

Занимаясь подготовкой материала, просто не мог пройти мимо отрывка из "Очерков из истории Тамбовского края" Дубасова. Чем-то зацепило. Наверное, тем, что есть возможность сравнить то, о чем писал легендарный краевед, с нынешним положением "прослойки общества", о которой идет речь. Поэтому - полная цитата:

"…Среди наших церковных причтов всегда было слишком много бедности, гораздо больше, чем сколько могли вместить неприхотливые наши пастыри. Общественное их положение тоже было далеко не блистательное. Всякий самый праздный и порочный человек считал себя вправе свысока отнестись к священнику и поглумиться над ним, в особенности над его сребролюбием, хотя многие критики всю жизнь свою специально занимались беспредельным хищением. К этому бедствию присоединились еще нередкие разборы, вследствие которых масса церковников и штрафных церковнослужителей переходила в сословие однодворцев, мещан, крестьян и в солдаты…

…Сплошь и рядом лиц духовного звания подвергали у нас самым грубым оскорблениям, травили собаками, "немилостиво" били, изысканно бранили, принимали в домах наравне с простонародием и капризно перегоняли из прихода в приход. На этом поприще особенно отличались помещики, из которых какой-нибудь бедный отставной сержант или копиист считал себя неизмеримо выше всякого приходского священника. Чаще всего личные оскорбления доставались на долю белого духовенства, но и монахи не спасались от побоев…

…Бедность их доходила до того, что священники ходили по приходу в лаптях, полушубках и посконных рубахах и только немногие из них имели возможность в торжественные дни надевать нанковые или люстриновые рясы. Жили они все в простых избах и в бытовом отношении почти вовсе не отличались от бедного и темного крестьянства. В страдную пору обливался чуть не кровавым потом русский пахарь; ту же участь испытывали и пастыри русского народа, добывая скудный насущный хлеб, потому что в противном случае этого хлеба они не имели бы от своих в большинстве слишком бедных прихожан…"

* * *

Таким был Тамбов к середине девятнадцатого века - времени, с которого начинается небывалый расцвет, золотой век русской культуры. Расцвет, который в полной мере коснулся и нашего края. Но об этом - отдельно. Тем более, что рассказать есть о чем.

  • Вконтакте
  • Фейсбук
  • Одноклассники
  • Твиттер
Вконтакте