Обычная школа

17 июля, 10:36 Юлия Бардакова Прочитали 240 раз
Фото: Надежда Золотарева
Как учатся дети, ограниченные возможностями здоровья

Это сейчас у школы вполне себе «каникулярный» вид. Обиженно пусты коридоры. Из столовой не пахнет привычным обедом. Мел в учительских пальцах не оставляет умный белый след на доске, чтобы осыпаться едва заметной дорожкой на полу. В спортзале не стучит покорный свистку физрука баскетбольный мяч. Тишина. Звонкая и какая-то громкая. Как ни старайся шагать беззвучно, даже скрип подошвы кажется оглушающим. А каково это – жить в полной тишине…

В Тамбовскую школу-интернат для детей с ограниченными возможностями здоровья мы с фотографом первый раз приехали в конце мая, за неделю до последнего звонка. Совсем скоро я вернусь сюда, чтобы впервые в жизни увидеть, как поют жестами и танцуют школьный вальс дети, которые не слышат музыку. А пока мы в школе. В обычной школе, где дети бегают на переменах по коридорам, а учителя, напустив на себя строгости, призывают их к дисциплине. Где получают знания и достигают новых высот. Где дружат и учатся вместе преодолевать сложности.

О том, что буквально в пяти минутах езды от ТЭЦ на конечной автобусной остановке в Красненькой есть школа для глухих детей, я узнала от председателя регионального отделения Всероссийского общества глухих Любови Буниной. Она и дала мне контактный телефон директора школы-интерната для детей с ограниченными возможностями здоровья Надежды Дементьевой.

 

Инклюзив – значит вместе

Школа в Красненькой – обычная одиннадцатилетка. Учатся здесь ребята и из областного центра, и из городов и районов области. Раньше школа была только для детей с нарушением слуха. Несколько лет назад в рамках развития в России системы инклюзивного образования в школе стали учить в том числе слепых детей, которые находятся на домашнем обучении, через центр дистанционного образования. Ребята с нарушением речи учатся только в начальной школе вместе со слепыми.

– Это объясняется тем, что у них одна программа обучения, но разные коррекционные области, – объясняет заместитель директора Олеся Пудовкина. – Три ребенка учатся по Брайлю. С ними занимаются тифлопедагоги.

Эта школа интернатного типа. Дети из Тамбова и пригорода каждый день после уроков домой уходят домой. Те, кто приехал из других районов области, домой ездят по выходным и на каникулы. Но один мальчик остается всегда. Он – сирота.

– Сережа и оба Дениса – из Тамбова, они из семей глухих родителей. Стас – из Уварово, Вика – из Гавриловского района, – рассказывает воспитатель Лариса Елисеева. – Класс небольшой, всего восемь ребят - две девочки и шесть мальчиков. В классе и абсолютно глухие дети, и те, кто со слуховыми аппаратами различает звуки и даже слова. Вика, например, даже слушает громкую музыку.

Есть на базе школы и две группы детского сада интернатного типа. Здесь только неслышащие дети. Воспитатель Елена Бельянинова рассказывает, что малыши быстро вливаются в коллектив и привыкают к саду:

– У нас сестры-двойняшки из Кирсанова первые дни плакали в голос, к маме просились. Но очень быстро адаптировались. Теперь на выходных и во время каникул рвутся скорее вернуться в школу.

 

Учат в школе

Здесь есть специальный кабинет, где ведется слуховая работа. Еще в детском саду глухим и слабослышащим детям начинают «ставить звуки», благодаря чему впоследствии ребята овладевают навыками речи. У одних это получается чуть лучше, у других – чуть хуже. С первого раза понять, что говорят ребята, практически невозможно. Нужен навык. Слабослышащим голосовая речь дается, конечно, легче, чем глухим.

Сергей – слабослышащий. При помощи аппаратов он слышит и понимает речь других. Раньше он учился в Тамбове. Сергей жестами и голосом рассказывает, что уже семь лет занимается греко-римской борьбой. Воспитатель переводит мне жестовую речь. Но юноша сам настолько хорошо овладел навыками голосовой речи, что я легко понимаю практически все, что он говорит.

Как бы банально это ни прозвучало, но педагогические кадры школы – настоящее сокровище. Таких специалистов в нашей области единицы. Многие из них – Надежда Неверова, Татьяна Бабошина, Серафима Гром – уже пенсионеры, но они действительно на вес золота.

В школу приезжали преподаватели из столичных вузов, специализирующиеся на дефектологическом образовании. В частотности, профессор, заведующая кафедрой инклюзивного образования и сурдопедагогики, автор книг по работе с глухими детьми Екатерина Речицкая.

Преподавание в школе ведется всеми доступными способами - дактиль, язык жестов, голос. Глухой или слабослышащий человек чаще всего понимает, что ему говорят, и без языка жестов. Потому что в большинстве своем такие люди очень хорошо читают по губам. В русской дактилологии - тридцать три дактильных знака, каждый из которых соответствует начертанию соответствующей ему буквы.

Разница между дактилологией и языком жестов, на котором общаются глухие между собой, в том, что дактилология используется в основном для произнесения имен собственных, географических названий или специфичных терминов. То есть каждое слово «показывается» руками по буквам. При этом жестовые знаки – это целые слова. Всего в словаре глухих насчитывается более двух тысяч жестов.

 

Из школы – с профессией

Уже много лет выпускники школы вместе с аттестатами получают свидетельства о профессии. Все старшеклассники параллельно с занятиями в школе учатся в многопрофильном колледже имени И.Т. Карасева в поселке Строитель. Ребята становятся штукатурами-малярами и плиточниками, девочки – поварами. А после школы выпускники чаще всего поступают в техникум отраслевых технологий.

Выпускник Стас Пивоваров – гордость школы и учителей. В его дневнике всегда были одни пятерки. Много лет он был президентом детского объединения «Радужное». У Стаса в копилке много наград за конкурсы и олимпиады по разным предметам, проводимые через Интернет. Все они проходят на общих основаниях с детьми, у которых нет ограничения по здоровью: юноша испытывал свои знания наравне со слышащими ребятами.

– Стас много читает, – рассказывает Лариса Валентиновна. – Порой видишь его с книгой и спрашиваешь, что читает. А он показывает очередной томик стихов. У него вообще свободной минуты не было: каждую минуту чем-то занят, много внимания уделяет саморазвитию и самообразованию.

Стас все школьные годы помогал одноклассникам, когда у них возникали сложности с выполнением домашних заданий. Причем он не просто даст списать, но и объяснит, поможет понять.

– Как учитель, – улыбается воспитатель и жестами говорит Стасу, что рассказываем мне о нем. Юноша смущенно опускает взгляд. – Старательный, разносторонне развитый, уважительный, трудолюбивый. Плохого нечего сказать о нем. Интересуется самыми разными сторонами жизни. С бабушкой часто ездит по святым местам. У него дома большая библиотека православных книг. Его дядя – учитель физики. Стас этой наукой очень увлечен. У меня вообще этот выпуск необыкновенный. Все дети - золотые.

Сейчас Стас – абитуриент. В техникуме он получит специальность программиста. А потом планирует поступить в Пензенский базовый медицинский колледж, где готовят зубных техников из числа инвалидов по слуху.

В школе активно ведется профориентационая работа. Начиная с пятого класса, ребята постоянно посещают с экскурсиями разные предприятия и производства. Часто бывают на заводе «Комсомолец», где работают слабослышащие родители многих учеников. Посещали ребята производство неваляшек в Котовске, совхоз «Тепличный».

 

Свой среди своих

– Многие говорят, что с глухими детьми, наверное, тяжело работать, – рассказывает Лариса Валентиновна. – У меня никакого барьера не возникло изначально. Да, они чуть другие. Может, немного эмоциональнее, более взрывные, что ли. Но все зависит от личности ребенка, воспитания и атмосферы в семье и школе.

Лариса Валентиновна начала работать в школе в 1993 году. Одновременно с ней пришло много молодых педагогов, но многие не выдерживали и уходили. Двадцать пять лет назад и количество, и возраст учеников были другими. Детей было намного больше, а возраст старшеклассников доходил до двадцати лет. Почему сейчас глухих детей в школе меньше, сложно сказать. Одна из причин, безусловно, в том, что медицина шагнула далеко вперед - слух у ребенка проверяют уже в роддоме. А лет двадцать назад сюда в пятый класс привезли глухую девочку, которая до этого училась в сельской школе и несколько лет просто перерисовывала в тетрадь то, что видела на доске. При этом она ничего не понимала.

Глухие и слабослышащие есть и среди педагогов школы. Елена Барсукова – учитель рисования. У нее высшая категория и профессиональное художественное образование. Дети очень любят ее, с удовольствием посещают занятия изобразительным искусством, приходят просто пообщаться. Елена Алексеевна легко находит общий язык с ребятами. Еще один слабослышащий педагог – Наталья Дорофешина. Это она учит с ребятами жестовые песни, с которыми те потом выступают на концертах.

 

Эпилог 

Есть много литературных штампов. Но один из самых избитых будет здесь как нельзя кстати. Школа-интернат в Красненькой – настоящий второй дом для ребят. Здесь, несмотря на ограниченные возможности здоровья, они чувствуют себя обычными учениками обычной школы.

  • Вконтакте
  • Фейсбук
  • Одноклассники
  • Твиттер
Популярное