Как живет последняя жительница Новой Деревни Токаревского района

17 сентября, 10:42 Анна Мещерская Прочитали 305 раз
Фото: Анна Мещерская
Бабушка Нина и учебник истории.

Почти сорок километров по бездорожью. Поля, пыль, посадки... Памятник. Он возник словно из ниоткуда. Посреди поля. Один. Местные потом расскажут, что памятник – своего рода здешняя достопримечательность. Его совсем недавно на свои деньги возвели бывшие жители Николаевки. Списались где-то в соцсетях и решили, что раз возвращаться домой им больше некуда – этой самой Николаевки нет не то что на карте Токаревского района - даже на земле, - то приезжать они будут к этому памятнику. На нем карту деревни выгравировали и написали фамилии тех, кто здесь жил.

 Новая Деревня тоже своего рода памятник. Только самой себе. Уже десять лет в поселке проживает всего одна жительница – Нина Михайловна Хохлова. По ту сторону реки Токай – уже Воронежская область.

ВЕК И ОДИН ДЕНЬ

Кошка прошмыгнула за хозяйку и смерила гостей недовольным взглядом. Бабушка Нина полушутя, полусерьезно грозит:

- Утащила, чертовка, котят. Ну ничего. Вернется.

Хозяйство у Нины Михайловны небольшое - кошка с котятами да кот. Силы не те, а вот раньше... Это «раньше» Нина Михайловна протягивает с ностальгией. Садится на край деревянного порога и рассказывает. Воздух начинает двигаться быстрее. То ли ветер с реки налетел, то ли история бродит по кругу.

Здешние земли когда-то были «барскими». Принадлежали Дондуковым-Корсаковым - ныне вымершему княжескому роду. Сейчас часть территории отнесена к Тамбовской области, часть - к Воронежской. Сами «господа» жили не то в столице, не то на Псковщине. Поди разбери. Управлять имением доверили Александру Николаевичу Полякову. Под его надзором начали сажать лес. Сосны и ели вкапывали «кругом», а к центру как бы лучами сходились семь дорог. Говорят, что делалось это специально, чтобы, выйдя на дорогу, барин и его гости могли видеть зверей, находясь в точке пересечения путей.

Лес сажали в степи. Своего питомника не было, саженцы доставляли едва ли не со всей империи. Управляющий мужик был строгий. За каждую сломанную веточку наказывал крестьян, которым и без того запрещалось ходить в лес без лишней надобности.

После смерти управляющего благодарные князья установили на его могиле мраморную плиту и колонну. Надпись сохранилась до сих пор: «Трудами Александра Николаевича Полякова и помощника его по разведению лесов Тихона Яковлевича Рытова взращено в семи имениях 302 десятины, 958 кв. саженей, в память чего поставлена сия колонна благодарными владельцами князьями Дондуковыми-Корсаковыми 1899-1903 гг.». Ныне эта территория, урочище «Дондуковская дача», - заповедник Воронежской области.

 После революции с прошлой жизнью решили бороться радикально. Храм в честь Казанской иконы Божьей Матери разрушили до основания. Иконы рубили топорами, а все, что от них осталось, сжигали. Даже церковный колодец засыпали «от греха подальше». А барскую усадьбу поначалу превратили в коммуну. Что ее по всем правилам и законам будут строить именно здесь, решали на общем собрании. До сих пор, к слову, Новую Деревню «коммуной» называют, хотя от нее осталось разве что немного истории.

 Осенью 1941 года сюда из-под Смоленска эвакуировали детский дом. Назывался он «Всемирный Октябрь». Когда в 1953 году его расформировали, здание стало пустовать. А потом его и вовсе по кирпичикам растаскали. Уцелела только церковная караулка с датой на фронтоне «1852».

ИСТОРИЯ ОБ ИСТОРИИ

 Бабушка Нина смотрит с порога вдаль. Соседние дома напоминают о еще недавно бойкой деревенской жизни. Кажется, будто это было вечность назад. Водяную мельницу было видно издалека. Очередь к ней тянулась от самого леса. Баба Нина улыбается, когда копается в памяти. Откуда только сюда не съезжались люди. Был свой кирпичный завод, маслобойня, коровник.

- А какие праздники были! – Нина Михайловна качает головой. – В церковном саду гармошка не замолкала. А ярмарки какие! Ааа?! Весь Токаревский район сюда приезжал. Автобус, и тот свой был.

 - Да как же он сюда приходил? Тут же дорог нет, - кому что, а городским дай только о цивилизации слово вставить.

Бабушка Нина, как дитя малое, вразумляет:

 - Как? Да так и ходил. По накатанной дороге.

- А дождь пойдет, снег?

 - А в дождь и снег не ходил. Зимой на санях ездили.

Исчезала Новая Деревня бесшумно. Сначала закрыли школу, потом все произошло будто само по себе. Одни уезжали, другие умирали. Осталась только бабушка Нина.

- Я ж не здешняя. Родилась в соседней деревне Надеждинка. Отца не помню. Ушел на фронт, оттуда так и не вернулся. Когда война закончилась, мне было всего семь лет. В школе хорошо училась, мне учиться нравилось. Девять классов кончила и замуж вышла. Он отсюда, из Новой Деревни. Так с семнадцати лет здесь и живу. Здесь дети родились. У меня их четверо. Когда муж умер, мама ко мне переехала. Она умерла в 1991 году, и я осталась одна.

- А профессия у Вас есть?

 - Профессия? – смеется баба Нина. – Есть. С тяпкой ходить. Двадцать лет на свекле отработала. Как муж ногу сломал, на почту пошла вместо него. Пять лет письма носила да газеты. Бывало, на лошади по селу едешь... Летом хорошо, а зимой страшно. Все-таки деньги везу, мало ли что. Взяла и бросила. Пошла дояркой в колхоз работать и так пятнадцать лет до самой пенсии и проработала. Дети в город зовут. Приезжают постоянно. Никто не бросает - дети, внуки. А я не еду. Что я там делать буду? Четыре стены только, а здесь мой дом. Забот хватает. То в сад пойду, то на двор, то на кладбище - своих проведать и к отцу Иоанну зайти.

ОТЕЦ ИОАНН

Деревянный крест, укрытый рушником. Притоптанная тропинка, по которой почти век ходят люди. В годы советской власти сюда приходили тайком. Об отце Иоанне мало что известно. Даже фамилии его на кресте нет. Только надпись, что здесь покоится прах блаженного иерея Иоанна. Скончался в 1926 году. Старенькая фотография и сотни свечей.

 - Все его батюшкой Иоанном звали. Он ходил по здешним деревням. Бывало, кто-то позовет его: «Батюшка, заночуй у нас». А он ответит: «Господь благословит, заночую». Или: «Батюшка, отобедай с нами», а он скажет: «Сегодня не дозволяется трапезничать». Когда у людей ночевал, когда под открытым небом. Моя бабушка вот что рассказывала. Однажды он проходил по улицам и встал у нашего дома. Стал качать головой и руки к груди прижимать, сокрушался будто. Ночью в доме случился пожар. Все сгорело. Слава Богу, живы остались. А в семье тогда восемь детей было. Он умер 19 июня. И каждый год на его могилку стали люди приходить. Я молоденькой тогда была. Как-то увидела, что вечером стали незнакомые люди приезжать и в сторону кладбища направляться. Я спросила, куда они идут. Мама ответила: «Молиться. Сегодня годовщина смерти отца Иоанна. Ночью будут служить панихиду».

 К отцу Иоанну люди идут и сегодня. Даже из соседнего региона приходят. По ту сторону есть местечко с обетованным названием - поселок Израилевский, это уже в Воронежской области. А с названием вышла вот такая история. В конце двадцатых годов жители Новой Деревни стали переселяться на другую сторону реки. И когда первых поселенцев спрашивали, мол, откуда они пришли, те, улыбаясь, отвечали: «Из рая». Места здесь действительно райские. Кругом сады, лес рукотворный, реки, бескрайние поля и могучий чернозем. Палку воткнешь – дерево вырастет. А поскольку с учетом местного говора фраза «из рая» произносилась на одном дыхании, то и местечко нарекли «Израиль», позже трансформировавшийся в официальных бумагах в поселок Израильский.

А еще деревня Японка рядом была, Анновка и много других местечек, о которых еще помнят.

За спиной бабушки Нины - фотографии. Старенькие, небольшие, чуть высветшие от времени. Кругом полки с книгами, игрушки, оставленные внуками и правнуками. А за непривычно высоким окном – соседские дома, сады, переулки, и кажется, что по вечерам в окнах зажигается свет, и люди снова собираются за одним большим столом.

 Бабушку Нину снова зовут в город, а она только отшучивается:

 - Вот найду себе смену и приеду в гости.

  • Вконтакте
  • Фейсбук
  • Одноклассники
  • Твиттер
Популярное
Вконтакте