Полшага до Берлина

11 февраля, 14:52 Юлия Бардакова Прочитали 215 раз
Фото: Юлия Бардакова
Анна Алексеевна Волосатова два раза тайком от родителей сбегала на фронт.

На оба плеча – по пять винтовок. Каждая винтовка – весом почти пять килограммов. Кисти рук изъедены кислотой. Глаза - красные от напряжения и недосыпа: в только что вырытой землянке клопов столько, что спать порой совсем невозможно. После первой неудачной попытки Анна все-таки оказалась на фронте добровольцем – оружейником подвижной артиллерийской мастерской.

У войны – неженское лицо. У нее вообще нет ни лица, ни пола, ни возраста. Но оно есть у нашей Победы. «Тамбовский курьер» совместно с региональным управлением социальной защиты и семейной политики при поддержке Центров социальных услуг в городах и районах области продолжает проект «Лицо Победы».

Беглянка

Девятиклассница Аня закончила учебный год в железнодорожной школе №53 Кирсанова и в радостном предвкушении выпускного, десятого, класса ушла на каникулы. Мама, папа, старший брат и две младших сестрички. Маленький тихий городок. Река Ворона в пятнадцати минутах ходьбы: сделал домашние дела - купайся не хочу.

Воскресенье. Июнь. Жара. Аня с друзьями возвращалась с речки и увидела, что на улице полно людей, все плачут. Сказали, началась война.

Юных комсомольцев отправили разносить повестки на трудовой фронт. Женщин брали тех, у кого были дети старше восьми лет. Ребятишки плачут, мамку за подол хватают. Женщины – кто рыдает, кто пытается малышей успокоить.

Аня и подружки-комсомолки решили помочь Родине. Собрали нехитрые узелки с собой и сбежали на фронт. Рассудили так: если на передовую не возьмут, будут хоть окопы рыть. Доехали на поезде до станции Починок, что полусотне километров от Смоленска. Девчонки сошли с поезда, и их отправили в лес. Уже начинало темнеть, но на горизонте было видно яркое зарево: горел Смоленск. По приказу руководства трудового фронта комсомолок немедленно отправили обратно.

– Ночью шли. Оврагами. Добрались до станции. Там нас снова погрузили в вагоны, и мы поехали обратно на Кирсанов, – вспоминает Анна Алексеевна.

В родном городе дожили до осени 1941 года. Началась учеба. Директором школы №53 в то время был  Николай Осипович Клюев. Местные краеведы и учителя школы, которая теперь входит в состав городской школы №1, до сих пор собирают сведения о ее истории. Многие педагоги и выпускники с началом войны ушли на фронт. Известно, что из двадцати четырех выпускников с фронта вернулись только трое. Судьба многих учителей остается неизвестной. О директоре Клюеве известно только, что он ушел на фронт и погиб.

Октябрь 1942-го. Аня что-то стряпала, когда к ним пришла ее двоюродная сестра. Она рассказала, что в городе агитируют добровольцев на фронт и многие девчонки собрались идти. Проводив родственницу, Аня тут же переоделась и пошла в горком партии. Ни мама, ни папа дочку не отговаривали: они просто не знали о ее решении. Из Кирсанова комсомолок-добровольцев отправили на станцию Рада, где формировалась войсковая часть.

Так восемнадцатилетняя Аня в 1942 году стала оружейным мастером. С фронта привозили неисправные винтовки, а девчонки их ремонтировали. Сначала был Воронежский фронт. Однажды во время боев за освобождение Воронежа оружейным мастерам дали срочное задание. Чтобы его выполнить, потребовалось работать восемь суток почти без сна.

Шарик из Берлина

В октябре 1943 года после освобождения столицы Черноземья фронт на основании приказа Ставки Верховного Главнокомандования переименовали в 1-й Украинский.

– Ой, раньше хорошо говорить умела, а теперь…– сокрушается Анна Алексеевна. – По мере продвижения наших войск двигались и мы. Дошли до Киева. Потом до Германии.

– Да все ты хорошо говоришь! Только уж очень быстро до Германии дошла, – улыбается и подбадривает невестка.

С началом войны в кратчайшие сроки необходимо было наладить массовый капитальный ремонт вооружения, поступающего из действующей армии. Ремонтом минометов, пулеметов, БРТ занимались мужчины. Винтовки – на девчонках. В день им удавалось отремонтировать до ста штук. Иногда – больше. Ремонт производили в вагонах, специально оборудованных станками. Руки сильно разъедало: во время оксидирования деталей винтовок использовалась кислота.

– Наведут нам в чашке раствор, мы руками детали опустим и кричим, и смеемся, и песни потом поем. Все было. Ой, – вздыхает ветеран.

После ремонта каждую винтовку нужно было отнести на стрельбище – там их проверяли перед отправкой на фронт. Оттуда девушки доставляли оружие на склад. Обычно носили по пять винтовок на плече – итого десять. В каждой – больше пяти килограммов. Старались взять и больше, но это не просто сложно, а почти невозможно. Охраняли оружие девчонки тоже сами: стояли в карауле. Жили чаще всего в землянках. Спали на нарах.

– Столько клопов было! Не понимаю до сих пор, почему. Вроде землянку только вырыли, бревна - свежеспиленные. Чтобы заснуть, вокруг себя водой обливали, чтобы они не подползали. Помню, один раз повели нас в баню. А тут самолеты фашистские налетели. Мы чуть голые на улицу не повыскакивали, – вспоминает Анна Алексеевна.

Землянки строили наравне с мужчинами. Несла как-то Анна с пожилым старшиной шестиметровое бревно. И надо же ей было споткнуться. Все так и ахнули: решили, прибьет девку. Но спасибо старшине: удержал свой конец бревна, и Аню только несильно стукнуло по плечу.

Ветеран вспоминает, что когда уходила на войну, дома жили впроголодь. А вот на фронте, наоборот, солдаты питались хорошо. Дело в том, что когда мирное население эвакуировалось, бросали и хлебные запасы, и скот. После освобождения территорий нашими войсками коровы и свиньи, бесхозные и бездомные, бродили по полям и оказывались в котлах полевой кухни.

Всю хронологию боевого пути Анна Алексеевна вспоминать и рассказывать не хочет – так и норовит побыстрее «дойти до Берлина»:

– До Берлина мы не дошли несколько километров. 9 мая 1945-го нас выстроили квадратом. Мы все с винтовками. Объявили об окончании войны. И тут все как начали стрелять в воздух!

После войны Анна Алексеевна окончила годичные курсы бухгалтеров. Немного поработала в колхозе. Волей счастливого случая ее приметил уполномоченный. Пожалел девчонку, которая работала за трудодни, и предложил Анне перейти на работу в госбанк. Там она трудилась больше тридцати лет.

Еще с советских времен в квартире у Анны Алексеевны есть сервант. А в нем стеклянный шар – до сих пор популярный в Германии рождественский сувенир. Внутри него – какой-то причудливый не то цветок, не то веточка. Это единственная ценность, которую на память из Германии привезла Анна Алексеевна.

– Вагоны с винтовками разгружали, а он там лежал. Я и взяла.

Анна Алексеевна смотрит на этот шар и видит, кажется, совсем другое. Дай Бог, чтобы больше никто и никогда этого не увидел.

  • Вконтакте
  • Фейсбук
  • Одноклассники
  • Твиттер
Популярное
Вконтакте