Десятилетнему Матвею с ДЦП нужны деньги на реабилитацию

14 января, 13:28 Юлия Бардакова Прочитали 531 раз
После операции в Центре Илизарова мальчику нужно длительное восстановление.

У «особенных деток» — особенные мамы. И папы особенные. Такие, как Ирина и Дмитрий. А у «особенного» Матвея есть еще младшая «особенная» сестра Лиза.

– Когда я узнала диагноз Лизы, врач стала успокаивать меня и сказала что от этого не застрахована ни одна мама. А я подумала: у меня, видимо, вообще страховки не было, — грустно шутит Ирина.

В семье Гордиенко трое детей: Матвею десять лет, Кристине пять, Лизе три. Скоро Матвею предстоит сложная операция в Кургане в Российском научном центре «Восстановительная травматология и ортопедия» имени академика Г. А. Илизарова. А потом очередь Лизы ехать на операцию в Москву. Оба хирургических вмешательства бесплатные. Но для Матвея потребуется дорогостоящий курс реабилитации. Без него сложная операция бессмысленна. Речь идет не о миллионах и даже не о сотнях тысяч рублей. Ближайшая реабилитация для Матвея стоит семьдесят тысяч. Всего семьдесят, если по копеечке соберем все мы. И неподъемных семьдесят, если многодетной семье никто не поможет.

Шанс есть

Журналистов Ирина и Дмитрий встречают так, словно к ним в гости пришли хорошие друзья. Спокойно, доброжелательно. Сразу зовут на кухню пить чай. Мы с Ольгой Митрофановой, автором телевизионного проекта «В наших силах», нерешительно просим:

– Давайте сначала пообщаемся с вами, с Матвеем.

Ирина легко соглашается и ведет нас в комнату, где Дмитрий уже заканчивает наряжать Матвея в яркий, как сейчас принято называть, лонгслив и модные джинсы. Увидев незнакомых людей, мальчик приветствует нас радостными возгласами и рвется к нам.

– Какой ты общительный! — Ольга протягивает ему руку.

– Ой, он у нас очень общительный. Любит, когда к нам кто-то приходит, не стесняется незнакомых. Он, наоборот, плакать будет, когда вы уходить соберетесь.

Папа протягивает сыну любимую машинку на пульте. Матвей одобрительно гудит. Как и все мальчишки, больше всего он любит играть в машинки. И еще в танки на папином смартфоне. Если где-то не получается попасть пальцем в нужное место экрана, помогает себе носом.

Но больше всего Матвей любит внимание. Правда, Ирина признается, что в основном он проводит время с папой. Тот даже оставил постоянную работу и теперь ходит «по шабашкам», благо в строительстве и отделке Дмитрий умеет все, ну или почти все.

– У меня все время уходит на больницы и домашние дела, — грустно говорит Ирина.

Матвей родился на сроке 24 недели. Долго лежал в реанимации. Основной диагноз сейчас — ДЦП со спастической диплегией. Это такая форма заболевания, для которой характерны двигательные нарушения верхних и нижних конечностей, причем больше поражаются ноги. И все это осложнено эпилепсией. Из-за этого Матвея неохотно берут на реабилитацию, так как традиционные методы лечения ДЦП провоцируют приступы эпилепсии. В основном предлагают массаж. Но его, говорит Ирина, они делают и дома сами. Как и комплекс упражнений лечебной физкультуры. Сшили специальный матрас, завидев который, Матвей радостно хлопает в ладоши. Но показать полноценно, как он занимается с мамой, не получается: все внимание мальчика приковано к нам.

Еще Матвей очень любит при помощи мамы или папы прыгать на большом мячике или вместе с сестрами на большом батуте, который Гордиенко устанавливают летом во дворе. Правда, сейчас все это приходится делать только сидя.

– Раньше мы ходили за ручки, — вспоминает Ирина. — Но когда недавно поехали в реабилитационный центр «Зайка», нас спросили, что у нас с тазобедренными суставами. Я объяснила, что у Матвея диагностировали подвывих. Посоветовали сделать снимок. Оказалось, что у Матвея вывих тазобедренных суставов.

Ирина и Дима испугались, что придется делать эндопротезирование тазобедренного сустава. Семья этим летом поехала в Курган в Центр Илизарова. Доктор медицинских наук, профессор РАН, ортопед с мировым именем Дмитрий Попков успокоил: такой сложной операции не потребуется. Но без оперативного вмешательства все равно не обойтись. После того, как головку бедренной кости вернут на место, Матвею предстоит два месяца провести в гипсе. Ирина пока не знает, будут ли они с сыном эти два месяца в клинике или приедут на время домой. Сказать это смогут только врачи после операции.

– Мы понимаем, что он никогда не будет бегать, как мы. Но нам очень хочется, чтобы он хотя бы в ходунках или по стеночке ходил, — говорят Гордиенко.

После операции нужна будет реабилитация. В Курган — далеко и дорого. Поэтому реабилитацию Матвей будет проходить в реабилитационном центре «Зайка» в Сосновском районе. Прогноз на успех реабилитации после операции хороший.

Сейчас с Матвеем занимаются психолог, дефектолог, логопед. С папой мальчик ездит на физкультуру, массаж, в Центр лечебной педагогики и дифференцированного обучения.

Дважды в одну воронку

Как тяжело Ирине и Дмитрию, наверное, даже представить сложно. Практически на руках у них Матвей. Лизе тоже предстоит сложное лечение и длительная реабилитация. У нее синдром Крузона. Это редко встречающееся генетическое заболевание, проявляющееся неправильным формированием мозгового и лицевого черепа вследствие преждевременного заращения швов между костями лица и черепа. Заболевание настолько редкое, что наши врачи диагностировали его, когда девочке было два с половиной года.

– Нам повезло: кости у Лизы срослись уже после родов. У тех деток, у которых они срастаются внутриутробно, последствия намного страшнее. В апреле мы лежали в РДКБ, нас хотели прооперировать: раздвинуть кости черепа. Но решили отложить до того времени, когда Лизе исполнится четыре года. Тогда можно будет провести сразу две операции: на черепе и на лице, — внешне Ирина почти спокойна, но голос подрагивает.

В прошлом феврале операцию на черепе уже перенес Матвей: ставили новый шунт по поводу гидроцефалии — водянки головного мозга. К счастью, состояние Лизы позволяет операции отсрочить. Тем более что тогда не придется на несколько лет ставить трахеостому — трубку, через которую девочке пришлось бы дышать. К тому же это значительно ограничило бы ее активность. Сейчас Лиза — не по годам разговорчивая, умная и очень подвижная трехлетка.

– Я дала ребенку еще полтора года, — уверена Ирина. — Если бы мы сделали операцию в апреле, то это было бы вмешательство только на черепе. Прогноз на результаты операции индивидуален.

Ирина и Дмитрий, наконец, зовут всех за стол. Пока чайник уютно шумит, Матвей показывает, кому куда сесть. Слева от себя усаживает Ольгу, справа меня. Мама и Лиза могут выбрать места сами. А папа, как верный паж, стоит за спиной сына. В телепрограмме Ольги «В наших силах» Дмитрия, наверное, почти не будет в кадре. Он всегда деликатно в стороне, но незримо рядом с сыном, в любой момент готов выполнить даже еще не озвученную просьбу.

– Когда решили, во сколько придут журналисты, Дима вообще предложил уйти на это время из дома, — смеется Ирина.

Чай разлит по чашкам. Лиза увлеченно ковыряет розочку на торте и что-то рассказывает. Матвей возмущенно гудит, что сестре тоже досталось внимание гостей. Ведь так хочет показать нам с Ольгой свой фотоальбом. Матвей берет мою руку, тычет в фотографии и объясняет, где он, где папа, где дед и крестные.

Как журналисты, мы уже должны были бы попрощаться и уйти. Но продолжаем разговаривать. И уж не по теме нашего визита, а так, «за жизнь». Не сговариваясь, мы с Ольгой ждем, когда Матвей с папой уедут в поликлинику. Ведь мальчик так не любит провожать гостей и так любит ездить с папой на машине. Все равно куда.


Поверьте, помогать — легко. Проще всего отправить на банковскую карту мамы, привязанную к номеру телефона 89537020340. С полными реквизитами для перевода, а также с медицинскими документами можно ознакомиться в редакции «Тамбовского курьера».

  • Вконтакте
  • Фейсбук
  • Одноклассники
  • Твиттер
Популярное